Юрий Долгорукий - князь киевский (1155 - 1157 гг.). 

  Князь Юрий Долгорукий, шестой сын Владимира Мономаха, занял место великого князя киевского лишь в конце жизни на относительно короткий период - чуть более 2 лет (март 1155 г. - 15 мая 1157 г.). Но путь его к киевскому престолу был длиною в жизнь. Годы беспрерывных междоусобиц сделали этот путь к правлению в Киеве сложным и изнурительным. В ходе борьбы этой Юрий уже занимал дважды Киев в период 1149 - 1151 гг., и дважды уступал его Изяславу Мстиславичу. Основной же период его деятельности связан с княжением в земле Ростово - Суздальской. В 1120 году Юрий, будучи князем Ростовским, возглавил поход русских войск на Волжскую Булгарию. В 1125 году перенес столицу княжества из Ростова в Суздаль. С 1132 г. по 1135 г. боролся с Ярополком за подчинение себе Переяславского княжества. И в последующем было ещё множество междоусобных столкновений в борьбе за богатые волости и за киевский престол. Во время коротких перерывов между этими усобицами, полезнейшей для Руси деятельностью его стало градостроительство. Так князь Юрий Долгорукий основал города: Дубну, Константин, Переяславль-Залесский, Кострому, Москву (1147 г.), Юрьев-Польский, Дмитров и др. 

  Окончательному его утверждению в Киеве предшествовали следующие события.

  После смерти Изяслава Мстиславовича, старый дядя его, Вячеслав плакал больше всех по племяннику. В Киеве все плакали, а на той стороне Днепра сильно радовались смерти Изяславовой и не тратили времени.

  Изяслав Давыдович черниговский немедленно поехал в Киев. Но на перевозе у Днепра встретил его посол от старика Вячеслава с вопросом: "Зачем приехал, и кто тебя звал? Ступай назад в свой Чернигов". Изяслав отвечал: "Я приехал плакаться над братом покойником, я не был при его смерти, так позволь теперь хотя на гробе его поплакать". Но Вячеслав, по совету с Мстиславом Изяславичем и боярами своими, не пустил его в Киев. Трудно решить, насколько было справедливо подозрение Мстислава и киевских бояр; для оправдания их мы должны припомнить, что в 1153 году Изяслав Давыдович имел съезд с Святославом Ольговичем, где двоюродные братья обещали друг другу стоять заодно.

  В Киеве с нетерпением дожидались приезда Ростислава Мстиславича из Смоленска и между тем решились разъединить Черниговских, привлекши на свою сторону Святослава Всеволодича, которому легче всего было стать на стороне Мстиславичей и по родству, да и потому, что из всех Черниговских он один был отчич относительно старшинства и Киева. К нему-то старик Вячеслав послал сказать: "Ты Ростиславу сын любимый, также и мне; приезжай сюда, побудь в Киеве, пока приедет Ростислав, а тогда все вместе урядимся о волостях". Всеволодич, не сказавшись дядьям своим, поехал в Киев и дождался там Ростислава, которому все очень обрадовались, по словам летописца: и старик Вячеслав, и вся Русская земля, и все черные клобуки. Вячеслав, увидав племянника, сказал ему: "Сын! Я уже стар, всех рядов не могу рядить; даю их тебе, как брат твой держал и рядил; а ты почитай меня, как отца, и уважай, обходись, как брат твой со мною обходился; вот мой полк и дружина моя, ты их ряди". Ростислав поклонился и сказал: "Очень рад, господин батюшка, почитаю тебя, как отца господина, и буду уважать тебя, как брат мой Изяслав уважал тебя и в твоей воле был". Киевляне, посадивши у себя Ростислава, также сказали ему: "Как брат твой Изяслав обходился с Вячеславом, так и ты обходись, а до твоей смерти Киев твой". 

   Первым делом Ростислава было договориться со своим племянником от сестры, Святославом Всеволодичем. Он сказал ему: "Даю тебе Туров и Пинск за то, что ты приехал к отцу моему Вячеславу и волости мне сберег, за то и наделяю тебя волостию". Святослав принял это наделение с радостию. Нужно было богатою волостию привязать к себе сына Воеволодова, потому что на той стороне Днепра дядья его уже действовали заодно с Юрием суздальским. Еще до приезда Ростислава в Киев они стали пересылаться с Юрием, следствием чего было движение сына Юрьева Глеба со множеством половцев на Переяславль: мы видели, что этот князь был послан отцом в кочевья привесть как можно больше варваров.

  Переяславля взять Глебу не удалось, но он взял Пирятин на реке Удае. Ростислав и Святослав Всеволодич выступили к Днепру и стали собирать дружину, когда прибыл к ним посол от Мстислава Изяславича переяславского с вестию, что половцы уже у города и стреляются с жителями. Тогда Ростислав немедленно отрядил сына своего Святослава в Переяславль, куда тот и успел пробраться. На другой день половцы начали крепче приступать к городу; но когда узнали, что к Мстиславу пришла подмога, то испугались и ушли за Сулу. Узнав о бегстве половцев, Ростислав, по совету с братьями, решился, не заходя в Киев, идти прямо на Изяслава Давыдовича черниговского: "Нужно нам, - говорил Ростислав, - предупредить Юрия, либо прогнать его, либо мир заключить".

  Киевские полки и торки под начальством трех князей - Ростислава, Святослава Всеволодича и Мстислава Изяславича перешли уже Днепр у Вышгорода и хотели идти к Чернигову, как вдруг прискакал к Ростиславу гонец из Киева и объявил: "Отец твой Вячеслав умер". "Как умер? - сказал Ростислав, - когда мы поехали, он был здоров?" Гонец отвечал: "В эту ночь пировал он с дружиною и пошел спать здоров; но как лег, так больше не вставал". Ростислав тотчас же поскакал в Киев, похоронил дядю, роздал все имение его духовенству и нищим и, поручив остальные дела все матери своей, вдове Мстиславовой, отправился опять на ту сторону Днепра. Приехавши к войску, он начал думать с племянниками и дружиною - идти или нет на Чернигов? Бояре советовали не ходить: "Дядя твой Вячеслав умер, - говорили они, - а ты еще с людьми киевскими не утвердился; лучше поезжай в Киев, утвердись там с людьми и тогда, если дядя Юрий придет на тебя, то захочешь помириться с ним, помиришься, а не захочешь, будешь воевать".

  Любопытно, что киевские бояре хотят, чтоб Ростислав ехал в Киев и урядился с его жителями, тогда как последние уже прежде объявили ему, что Киев принадлежит ему до самой смерти; притом Ростислав только что приехал из Киева. Если бы граждане хотели объявить ему что-нибудь новое, то объявили бы после похорон Вячеславовых. Должно думать, что боярам самим хотелось возвратиться в Киев и урядить там свои дела по смерти старого князя. Быть может, им хотелось заставить киевлян утвердиться с Ростиславом насчет новой дружины его смоленской.

  Как бы то ни было, Ростислав не послушался бояр и пошел к Чернигову, пославши наперед сказать Изяславу Давыдовичу: "Целуй крест, что будешь сидеть в своей отчине, в Чернигове, а мы будем в Киеве". Изяслав отвечал: "Я и теперь вам ничего не сделал; не знаю, зачем вы на меня пришли; а пришли, так уже как нам бог даст". Но ведь он подвел Глеба Юрьевича с половцами и был с ним вместе у Переяславля, замечает летописец. На другой день Давыдович соединился с Глебом и половцами и вышел против Мстиславичей.

  Ростислав, увидав множество врагов, а у себя небольшую дружину, испугался и стал пересылаться с Изяславом насчет мира, отдавал ему под собою Киев, а под племянником Мстиславом - Переяславль. Такое недостойное поведение, трусость, неуменье отстаивать выгоды племени сильно раздосадовали Мстислава Изяславича: "Так не будут же ни мне Переяславля, ни тебе Киева", - сказал он дяде и поворотил коня в Переяславль. Ростислав, оставленный племянником, был обойден половцами и после двухдневной битвы обратился в бегство; преследуемый врагами, он потерял коня, сын Святослав отдал ему своего, а сам стал отбиваться от половцев и таким образом дал отцу время уйти.



scroll back to top
 
 

Авторизация



Заказать работу